С годами этот
С годами этот опыт - по команде сверху объединять (за принятой тогда милитаризированной лексикой, мобилизировать) имеющиеся силы - не потерялся, и вот теперь он опять пригодился.
Одновременно с развертыванием новых активных форм работы заострился и сопротивление тех, на кого обращали общественное внимание журналисты. В свою очередь газеты давали отпор, часто не очень аргументированный, но решительный, попыткам унизить новый статус редакций. Вот два показательных примеры этого явления.
“Правда” вынесла 11 октября 19в 31 г. на свои колонки историю о том, что ее бригада разоблачила недостатки в одном из совхозов. Однако секретарь парткома тов. Ципкин не соглашался сзывать партком для заслушивания доклада за результатами проверок, он дал согласие лишь после длинных промедлений:
“По мнению Цыпкина, так как “Правда” совхозом не руководит, заслушивать прикладание бригады нет надобности”.
О подобном сопротивлении сообщает и местная пресса. Да, “Луганская правда”, поинформировав о разоблаченных недостатках в одной из торговых организаций, добавляет о его руководителе:
“Вон, видите, ли не любит газету и особенно не любит, когда о нем пишут. “Луганская правда” о нем написала. Но это не стало для Каушняка предупреждением” (в 1932 г., 16 января).
Однако с течением времени в практике газет, особенно местных, появились новые признаки усиления тоталитарного давления - резкое уменьшение критики и почти полное исчезновение сообщений о мероприятиях, употребленных после опубликования критических материалов.
В 1927 году в “Луганской правде” при значительно меньшем объеме критики количество публикаций по их последствиям насчитывало в среднем 18 на месяц. В феврале в 1932 г. здесь не было опубликовано ни одного подобного материала, хотя в предыдущем месяце - январе здесь видруковано около десяти критических выступлений, из них четыре - по социальной проблематике, которая особенно актуальная, а следовательно требует от редакций сообщать читателям о принятых мерах. О том, что логическая цепь “критика-ответ” был прерван, свидетельствует такой пример. В январе “ЛП” обвинила один завком профсоюза в плохом руководстве торговлей. В феврале же прошло
сообщение о конкурсе на лучший магазин, организованном этим профкомом, - но без ссылки на свое предыдущее выступление (в 1932 г., 20 февраля).
Избыточная централизация власти в партии и обществе отражалась в сфере прессы отрывом, дистанционированием центральной “Правды”, от местной прессы, унижением общественной роли последней.
Да, активную позицию занял центральный орган партии в осуществимые Обращения правительства и ЦК ВКП(б) ко всем партийным, советским, хозяйственным и профессиональным организациям от 29 сентября 1931 года “О развитии мясной и консервной промышленности”. “Правда” организовала ряд публикаций, в которых были поставлены серьезные проблемы, - это, впрочем, не остановило голод, который именно надвигался на страну. Отзывы этой угрозы (но только отзывы) находим на колонках центральной газеты 17 октября 1931 р.:
“Почему консервные заводы Украины не справились с планом третьего квартала? План может и должен быть выполнен... Украинская консервная промышленность, развившаяся за последний год (то есть при нэпе - авт.) гигантскими темпами, пришла к четвертому кварталу с низкими производственными показателями. Промфинплан за 9 месяцев выполнен только на 60,7 процента”
Газета называет причины, что кажутся редакции главными: бесхозяйственность, неумело поставленный труд, неумение заводских “треугольников” (директор, парторг, профорг), организовать дело.